«Лиловый глаз» и булочка с подлостью: три истории школьного буллинга, о которых теперь стыдно

Иногда школьные прозвища, шуточки и "безобидные" подколы оставляют в памяти не след, а шрамы. Порой — на всю жизнь. А те, кто казался безжалостным лидером в детстве, повзрослев, не могут простить себе свои поступки.

"Я откусывала у него булочку — все смеялись"

Светлане сейчас 36. Она успешная, взрослая женщина. Но одна из школьных историй до сих пор не дает ей покоя.

"Мы с подругами были лидерами класса. Постоянно находили себе "жертв": кто-то смешно одевался, кто-то говорил с акцентом — повод находился всегда. Одноклассника я доводила до слез: на перемене подбегала и откусывала у него булочку. Все вокруг ржали. Тогда это казалось смешным. Сейчас — невыносимо", — рассказывает женщина.

Светлана вспоминает другого одноклассника — Сашу. У мальчика часто были синяки на лице. Вместо того чтобы задуматься, девочки придумали прозвище — "лиловый глаз".

"Он злился, кричал, а мы только больше веселились. Потом я узнала, что его отец был садистом, бил цепью, убил мать… Представляете, что он переживал?", — вспоминает она.

"Таня ходила в одной и той же кофте, а мы прятали ее сменку"

Мария, другая героиня истории, делится похожим опытом. Она признается: выбрала травлю как способ самоутвердиться в школе.

"Была девочка Таня — тихая, в одной и той же растянутой кофте, с косичками. Мы издевались над ней — могли спрятать рюкзак, испачкать сменку, кричать гадости прямо в лицо. Я сейчас даже не понимаю, зачем мы это делали. Просто все так делали", — рассказывает она.

После расформирования класса травля прекратилась. Но у Марии осталась тяжелая вина.

"У меня дочь. Я каждый день стараюсь говорить ей: не делай того, что делала я. Не обижай, если кто-то не нравится — не общайся, но не унижай. Пусть у нее будет другой выбор", — признается женщина.

"Буллинг — не стихийное зло. Его всегда кто-то позволяет"

Психолог Катерина Демина уверена: травля не возникает из ниоткуда. Чаще всего это — отражение собственной боли и неблагополучия агрессора. И почти всегда она формируется с участием взрослых.

"Ребенок, чувствующий себя униженным и слабым, выбирает быть агрессором, потому что это дает ощущение контроля. Стать "сильным", унижая других, — это его способ выживания", — объясняет специалист.

По словам Деминой, зачастую травлю поддерживают те, кто должен был бы ее остановить: взрослые.

"Тренер, учитель, воспитатель могут своими словами — или молчанием — дать понять, что буллинг допустим. Что жертва "сама виновата". Что жаловаться — "плохо". Это и запускает цикл насилия", — продолжает она.

Буллинг — не всегда признак маргинальности

Интересно, что не всегда зачинщиками становятся дети из неблагополучных семей. По словам эксперта, часто это могут быть и "звезды класса" — первые красавицы, отличники, душа компании.

"Парадокс в том, что именно популярные дети часто становятся зачинщиками. За внешним лоском может скрываться ощущение никчемности, неуверенность, нехватка любви. Они нападают — чтобы доказать себе, что чего-то стоят", — подчеркивает она.

Что делать, если больно — и за себя, и за других

Истории Светланы и Марии — примеры того, что чувство вины за буллинг может преследовать спустя десятилетия. Это — тоже травма. Только в обратную сторону. И с этим тоже нужно работать.

Психологи советуют взрослым, которые вспоминают школьные издевательства с болью и стыдом, — не игнорировать это чувство, а попробовать осознать причины. И главное — изменить что-то в настоящем: учить своих детей другому отношению к людям, поддерживать тех, кого когда-то не поддержали.