Ментальное здоровье подростков стало одной из самых обсуждаемых тем последних лет, и многие родители замечают: дети всё чаще примеряют на себя диагнозы, о которых еще недавно почти никто не говорил. В соцсетях подростки открыто обсуждают депрессию, тревожность и СДВГ, используя эти слова как часть повседневного языка. Но где проходит граница между осознанностью и опасным желанием "быть в тренде"? Об этом сообщает Мел.
Слова "депрессия", "СДВГ", "ОКР", "РПП" уже давно вышли за пределы медицинского словаря. Они встречаются в фильмах, книгах, блогах, интервью и комментариях. С одной стороны, дестигматизация действительно помогает людям обращаться за помощью, разрушает стереотипы и делает терапию нормой. С другой — сами диагнозы стали частью медийной культуры, где их нередко подают слишком упрощённо, а иногда и романтизируют.
В сети активно обсуждают, что депрессия — не просто плохое настроение, а заболевание, требующее лечения. Эта мысль перекликается с данными врачей о том, что депрессия у подростков — это диагноз, а не черта характера. Однако поток информации заставляет детей искать аналогичные признаки у себя, иногда не до конца понимая критерии.
Тренд на самоидентификацию через диагнозы усиливает и кино. На протяжении десятилетий на экране романтизировали героев с тяжёлыми расстройствами, создавая привлекательный образ человека "не как все". В реальности же такие состояния требуют длительной и серьёзной терапии.
Особенно уязвимыми оказываются подростки — самые активные пользователи соцсетей. Они внимательно относятся к эмоциональному состоянию, но не всегда имеют возможность обратиться к специалистам. Из-за нехватки достоверной информации подростки нередко опираются на фрагментарные описания симптомов, что ведёт к ошибочным выводам.
В большинстве случаев дети поверхностно "хватают" информацию в интернете и самостоятельно диагностируют у себя психическое расстройство, без подтверждения со стороны специалиста.
Мотивы могут быть разными, но многие из них связаны со спецификой подросткового возраста.
Потребность быть частью группы толкает ребёнка к поиску общих тем и схожих переживаний с ровесниками. Если разговоры в компании строятся вокруг тревожности, депрессии или СДВГ, ребёнку кажется, что наличие похожего "опыта" укрепит связь со сверстниками.
Другой мотив — стремление выделиться. Подростку естественно считать себя непохожим на окружающих, и диагноз нередко становится способом подчеркнуть уникальность: "Я другой, и это меня определяет".
Для некоторых подростков самодиагностика — способ привлечь внимание взрослых, особенно если у них возникает ощущение недостатка заботы или эмоционального контакта. Осознание того, что с ним "что-то не так", кажется ребёнку способом получить поддержку или снизить требования.
Наконец, нельзя исключать и реальные расстройства. Подростки действительно чаще сталкиваются с тревогой, выгоранием, нарушениями адаптации. Самодиагностика становится первым сигналом, который говорит: ребёнку плохо, и он ищет ответы.
Однако проблема в том, что ошибочный диагноз может замаскировать истинную причину состояния. Психические заболевания требуют специфического лечения, и без врача определить источник трудностей невозможно. Самодиагностика создаёт иллюзию понимания проблемы, но не приводит к решению.
Согласно данным ВОЗ, более 13% подростков в мире живут с диагностированным психическим расстройством — это 86 миллионов человек. Фактически каждый седьмой подросток сталкивается с ментальными трудностями.
"Самые распространённые психические расстройства у подростков — это тревожные и депрессивные расстройства, СДВГ, РПП и расстройства аутистического спектра", — поясняет психолог Кира Гольдштейн.
Максим Пискунов отмечает, что за последние 20 лет число подростков с симптомами депрессии выросло до 34% от общего числа. Также около 6-7% детей младше 18 лет имеют СДВГ, а распространённость аутизма постоянно повышается.
Причина роста диагностики во многом связана с тем, что общество стало лучше разбираться в симптомах. Родители и учителя внимательнее наблюдают за поведением детей, а медицина за последние десятилетия значительно продвинулась. Раньше многие состояния просто не замечали или воспринимали как "особенности характера".
"Сегодня и родители, и учителя чаще замечают изменения в поведении подростков. Отсюда и высокая статистика по диагностике", — говорит Кира Гольдштейн.
Нельзя исключать и влияние социальных факторов: одиночество, школьные конфликты, буллинг, чрезмерные нагрузки, семейные проблемы. Современные технологии усиливают давление: подростки постоянно сравнивают себя с образами в соцсетях, сталкиваются с кибербуллингом и информационным переизбытком.
Родителям важно замечать изменения, которые могут говорить о внутреннем кризисе.
"Снижение интереса к учёбе, потеря энергии, изоляция от друзей и семейных занятий, нарушения сна или частые жалобы на боли — это тревожные сигналы", — поясняет психолог Кира Гольдштейн.
Особую опасность представляют разговоры о смерти или самоповреждениях — в таких ситуациях нужна срочная помощь специалистов.
Открыто разговаривать. Подросток должен чувствовать, что его слышат без осуждения.
Предлагать помощь, не навязывая её. Лучше рассматривать варианты решения проблемы вместе.
Обращаться к специалистам. Педиатр, школьный психолог или психотерапевт помогут разобраться в причинах состояния.
Поддержка подростка требует умения видеть ситуации шире и мягко менять его восприятие. Такой подход описывается в методах, связанных с когнитивным рефреймингом и снижением стресса, когда взрослые помогают детям иначе взглянуть на трудности и снизить эмоциональное напряжение.
• основывается на обрывочных данных;
• часто усиливает тревогу;
• может закрепить неверные выводы;
• не выявляет истинных причин состояния.
• учитывает историю ребёнка;
• определяет реальные диагнозы или их отсутствие;
• помогает построить план лечения;
• снижает риск усугубления симптомов.
Открытые разговоры помогают разрушать стигму и дают подросткам чувство безопасности. Но чрезмерная медийность темы формирует и обратный эффект — подростки начинают искать расстройства там, где их нет.
Плюсы:
• дети чаще обращаются за помощью;
• формируется грамотное отношение к психотерапии;
• развивается эмоциональная грамотность.
Минусы:
• риск романтизации заболеваний;
• поверхностное понимание симптомов;
• склонность использовать диагноз как идентичность.
Слушайте ребёнка внимательно, не перебивая.
Подтверждайте его чувства: "Я вижу, что тебе тяжело".
Сохраняйте спокойствие, даже если переживаете.
Помогайте распознавать эмоции и называть их.
Не сравнивайте подростка с другими.
Обязательно привлекайте специалистов, если состояние ухудшается.
Как понять, что подростку действительно нужна помощь?
Если изменения в поведении затягиваются, усиливаются или затрагивают базовые сферы жизни — учёбу, сон, общение — нужна консультация специалиста.
Стоит ли запрещать подростку изучать информацию о психологических расстройствах?
Запрещать не нужно — лучше обсуждать, помогая отделять достоверные данные от мифов.
Почему важно реагировать сразу?
Потому что раннее вмешательство снижает риск осложнений и облегчает восстановление