В недавнем исследовании Свансийского университета обсуждается, как в Средние века стандарты красоты становились формой власти и контроля. Женщины часто вынуждены были подавлять свою индивидуальность — даже сам процесс украшения мог стать этическим вопросом. Исследовательница доказывает: некоторые святые сознательно искажали свою внешность как протест против общественных ожиданий. Источником стала работа доктора Лауры Калас из Свансийского университета, опубликованная недавно.
В позднем Средневековье светлая кожа была символом аристократии — показатель жизни в помещении и освобождения от физического труда. Женщины использовали пудры на основе свинца, чтобы придать себе фарфоровый оттенок. Идеальное лицо описывали как маленькое, с тонкими волосами, высоким лбом, небольшим ртом, белоснежными зубами и сияющей кожей — все элементы уважительного образа женщины. Эти представления закреплялись в литературе и искусстве того времени.
Особое внимание уделялось лбу — он ассоциировался с интеллектом и статусом. Женщины либо сбрили, либо выщипывали линию волос, чтобы визуально увеличить лоб. Полное удаление бровей также было модой. Такой внешний вид часто изображён на портретах и фресках эпохи.
Хирургические и косметические технологии отсутствовали, но уход за лицом был развит. Средневековые рецепты включали пудры из растительных компонентов, румяна из цветов, помады из дерева и травы, а также духи на основе розовой и лавандовой воды. Медицинские тексты, такие как "Trotula", содержали рецепты по уходу за кожей и волосами.
Красота в Средние века часто связывали с нравственностью. Святые женщины, такие как Эбба и Вилгефортис, намеренно исказили свою внешность. Первая отрезала себе нос, чтобы не быть похищенной викингами; вторая обрела бороду и усы, чтобы избежать нежелательного брака. Эти акты воспринимались как духовное оружие против навязанных стандартов.
Сегодня стандарты красоты — это всё ещё инструмент социального давления, но и площадка для самовыражения. Исследование показывает: патриархальные идеи, связывающие привлекательность с моралью, родом из средневековой культуры и живы и поныне.
Сезонный контекст особенно актуален весной и летом — когда тренды на естественность и осознанность набирают обороты. Размышление о средневековых стандартах помогает понять, что представление о красоте формируется, а не дано извне, и одновременно — что красота может быть актом сопротивления.