Он мог читать мысли, предсказывать действия зрителей и создавать на сцене эффект настоящего чуда. Им восхищались, его боялись, ему завидовали — и он сам не раз признавался, что боится одной-единственной вещи на свете. Страх, который в итоге оказался пророческим.
В конце XIX века имя Вашингтона Ирвинга Бишопа гремело на весь Нью-Йорк. Его шоу собирали полные залы, а публика была убеждена: он действительно обладает паранормальными способностями. Хотя сегодня бы его назвали менталистом и иллюзионистом, в то время граница между магией и наукой ещё не была столь чёткой.
Бишоп страдал редким недугом — каталепсией, состоянием, при котором человек может внешне выглядеть мёртвым: замедляется пульс, мышцы застывают, дыхание почти не ощутимо. Приступы случались с ним прямо во время выступлений, и он знал, насколько легко можно перепутать такое состояние со смертью.
"Я боюсь, что однажды меня похоронят заживо", — не раз говорил Бишоп своим близким.
Он даже оставил письменное указание: в случае потери сознания не трогать его тело как минимум 48 часов.
В 1889 году, в возрасте всего 33 лет, Вашингтон Ирвинг Бишоп потерял сознание прямо на улице Нью-Йорка. Он упал в канаву, и прохожие решили, что он мёртв.
Его тело осмотрел судмедэксперт, которому была известна репутация Бишопа — человек, склонный к алкоголю и наркотикам, с бурной, противоречивой карьерой. Не вдаваясь в подробности, врач зафиксировал смерть.
Что было дальше — настоящий ужасный парадокс, словно вырванный из готического романа. Вопреки последней воле Бишопа, патологоанатом приступил к вскрытию практически сразу.
И вскоре стало ясно: менталист был жив.
Каталептический приступ обездвижил Бишопа, но сердце его продолжало биться. Он не мог подать никаких признаков жизни — до тех пор, пока его грудную клетку не распилили медицинской пилой, начиная с грудины и заканчивая тазом.
На этом столе, под руками врача, его страх наконец стал реальностью. Именно вскрытие стало причиной настоящей смерти Вашингтона Ирвинга Бишопа.