На склонах холма в штате Сакатекас, в самом сердце современной Мексики, раскинулись руины Ла-Кемады — древнего города, окутанного дымкой времени, мифов и пепла. Его название, данное испанцами — La Quemada, что значит "Сожжённый", — отсылает к многочисленным следам пожаров, обнаруженным среди развалин. Однако настоящая загадка города — одиннадцать загадочных костровых ям, найденных у подножия пирамиды.
Ла-Кемада — не типичный мексиканский мегаполис древности вроде Теотиуакана. Город был построен на террасах, возвышающихся над окружающей равниной. Дома, храмы, лестницы и дороги тянутся по склону, словно вырезанные в камне. Его история делится на три периода: первые поселения около 400 года н. э., расцвет около 650 года, и упадок с последующим забвением между 850 и 1100 годами.
Многие исследователи предполагают, что именно Ла-Кемада могла быть тем самым мифическим Чикомостоком — "местом семи пещер", откуда, по преданию, началось великое переселение ацтеков и других народов.
В 1980-х годах археологи обнаружили одиннадцать крупных ям на церемониальной площадке у Вотивной пирамиды — духовного центра всего города. Диаметр каждой — около двух метров, глубина — почти метр. Внутри находились зола и древесный уголь. Однако — ни керамики, ни костей, ни орудий.
Это исключило кулинарное назначение. Тогда возник вопрос: что же всё-таки здесь сжигали?
Исследователи выдвинули сразу несколько гипотез. Возможно, эти ямы были ритуальными очагами, связанными с земледельческим циклом, особенно с культом кукурузы. Есть предположение, что это были огненные маяки — "гигантские факелы", освещавшие ночные церемонии у подножия пирамиды. Самая тревожная теория — сожжение жертв: человеческих или символических. Все версии сходятся в одном — ямы явно использовались в сакральном контексте, и всё происходящее в них было публичным действом.
Чтобы определить время использования этих ям, учёные применили археомагнетизм. При нагревании породы до высоких температур она фиксирует текущее направление магнитного поля Земли. Сравнив полученные данные с исторической шкалой, археологи определили, что костры горели в период расцвета Ла-Кемады — между 600 и 800 годами нашей эры.
Эти находки показывают: ритуалы с огнём были важнейшей частью культуры жителей Ла-Кемады. В огне могли сжигать подношения, символы, возможно — жертвы, обращённые к богам. Но сама идея пламени как посредника между мирами, как части космического ритуала, кажется неоспоримой. Вопрос теперь не в том, зачем горел огонь, а что именно он связывал.
Исследователи планируют изучить аналогичные объекты в других городах Месоамерики. Если объединить археомагнитные методы с анализом ДНК и химическим составом золы, можно будет понять, сжигали ли органику, ритуальные маски, зерно — или нечто куда более зловещее. Возможно, именно в этих пепельных кругах скрыты разгадки религиозных практик, которых мы даже не подозревали.