В России цифровая валюта скоро может официально стать уликой — наравне с вещами, документами и оружием. Госдума в первом чтении одобрила законопроект, который позволит следственным органам изымать криптовалюту как вещественное доказательство. Новые нормы касаются не только самих токенов, но и средств доступа к ним — от веб-кошельков до флешек.
Согласно одобренным поправкам в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, следователи и дознаватели получат право изымать цифровую валюту в рамках расследования уголовных дел. Это касается как ареста активов, так и их признания вещественными доказательствами.
Речь идёт не только о самой криптовалюте, но и о способах доступа к ней. Если у правоохранителей есть возможность войти в кошелёк (как "горячий", так и "холодный"), средства можно будет перевести на специальный адрес-идентификатор, оформленный для нужд следствия. В случае отсутствия доступа подлежат изъятию материальные носители, на которых хранятся коды — например, жёсткие диски, флешки, смартфоны или листы бумаги с seed-фразами.
Пока в законе прописана процедура изъятия, но вопрос хранения цифровой валюты остаётся открытым. Его решит правительство — именно оно, в случае окончательного принятия поправок, будет утверждать порядок обращения с криптовалютой, изъятой в рамках уголовных дел.
Такой подход должен решить проблему юридической неопределённости, с которой сталкиваются правоохранительные органы при расследовании преступлений, связанных с криптоактивами. До сих пор у них не было чёткой правовой базы для изъятия токенов как улик — даже если они фигурировали в делах о мошенничестве, взятках или отмывании денег.
Законопроект чётко разграничивает ситуации, при которых будет происходить изъятие:
Если есть доступ к кошельку, следователь сможет перевести цифровую валюту на определённый адрес, созданный специально для хранения доказательств.
Если доступа нет, изымется физический носитель (устройство или бумажный ключ), который затем будет храниться как обычная улика.
Это решение важно и с технической точки зрения: криптовалюта — не вещь в традиционном понимании, а цифровой код. Однако именно наличие приватного ключа или фразы восстановления даёт фактический контроль над активом. Таким образом, следственные действия будут учитывать и специфику технологии блокчейн.
Изъятие в рамках уголовного дела — это не легализация криптовалюты, но её частичное признание как объекта права. В России цифровые активы не являются законным средством платежа, но уже несколько лет могут использоваться как имущество. Теперь, после внесения поправок, крипта сможет становиться и уликой — при этом законодательно закреплённой.
Это приближает отечественную правоприменительную практику к опыту других стран. В США, Великобритании и Сингапуре изъятие и конфискация криптовалют осуществляется давно и регулируется отдельными протоколами.