История мировой науки знает немало примеров, когда одно открытие навсегда меняло представления о целых цивилизациях. Но мало кто мог предположить, что разгадать тайну древнего народа майя удастся не американским археологам, а советскому ученому, работающему в одиночку в ленинградской комнате. Об этом сообщает издание «Русская Семерка».
Юрий Кнорозов (1922–1999) был ученым-энциклопедистом с поистине безграничным кругозором. Его интересовали шаманизм, этнография, психология, древние языки. Однако главной его заслугой стала расшифровка письменности майя — задачи, которую западная наука считала невозможной.
В середине XX века авторитетный американский исследователь Эрик Томпсон утверждал, что знаки майя — всего лишь декоративные символы, не несущие фонетического смысла. Для научного мира это мнение стало догмой. Кнорозов увидел статью с названием «Дешифровка письма майя — неразрешимая проблема» и решил доказать обратное.
«Нет неразрешимых задач, есть только те, за которые никто не берется», — говорил Юрий Кнорозов.
Не имея возможности выехать за границу, он работал с копиями древних рукописей в ленинградских библиотеках. Сопоставляя тексты и изображения, Кнорозов понял, что система письма майя не иероглифическая, как считалось, а слоговая. Эту догадку он проверил с помощью собственного метода позиционной статистики, позволившего выявлять закономерности употребления знаков.
Подобный подход сегодня используют и в нейрофизиологии, когда учёные изучают структуру восприятия звуков и сигналов. Например, нейрофизиологи объяснили выбор уха при звонке строением полушарий — это ещё одно подтверждение того, как биология и поведение связаны с обработкой информации.
К середине 1950-х годов советский ученый сумел дешифровать около 75% письменных символов, совершив научный переворот. Его работы признали даже те, кто ранее считал майянское письмо «мёртвым».
За свои открытия Кнорозов получил Государственную премию СССР, а позже — высшие награды Мексики и Гватемалы. Однако посетить эти страны он смог лишь в 1990-х годах, когда политические ограничения ослабли. Для латиноамериканских ученых он стал почти легендой: человека, открывшего их прошлое.
«Если бы не Кнорозов, мы и сегодня не понимали бы своих предков», — говорили представители Академии майя в Мехико.
Его метод лег в основу всей современной майянистики. Благодаря трудам советского ученого удалось расшифровать надписи на храмах, руинах и керамике, восстановить имена царей, события и даже календарные даты.
Современники описывали Кнорозова как человека замкнутого и немногословного. Он жил в небольшой комнате, где буквально не было места от книг и бумаг. Всё его время занимала наука. Но была у него одна страсть — кошки.
Он знал по именам всех котов своих знакомых и неизменно спрашивал о них при встрече. На знаменитой фотографии Кнорозов запечатлен с сиамской кошкой Аспидом (домашнее имя — Ася). С ней ученый был неразлучен.
«Ася — мой соавтор», — шутливо говорил Юрий Кнорозов, но в каждой шутке, как известно, есть доля правды.
Наблюдение за тем, как Ася обучает своего котенка ловить мышей, подсказало ему идею, которая легла в основу статьи «К вопросам о классификации сигнализации». Учёные и сегодня подтверждают, что у животных существует сложная система обмена сигналами — недавнее исследование показало, как пестициды меняют поведение рыб и пчёл, нарушая их коммуникацию. Именно этот принцип — передача и интерпретация сигналов — Кнорозов применил к расшифровке языка майя.
Сам Кнорозов говорил, что расшифровка письменности майя — лишь пример действия его общей теории коммуникации. Он рассматривал человеческий язык как систему сигналов, где каждый знак несет смысл в зависимости от контекста и положения в последовательности.
Такой подход позволил ему увидеть в знаках майя не абстрактные рисунки, а структурированные «посылы» информации. Его открытия показали, что древние цивилизации обладали сложной системой мышления, сопоставимой с современными.
Когда ученый готовил публикацию о коммуникации, он действительно хотел указать Асю как соавтора — из благодарности за «научное вдохновение». Однако издатели отнеслись к этому как к эксцентричной шутке и отказали. По воспоминаниям коллег, Кнорозов воспринял это всерьез и даже обиделся.
Для него кошка была не просто питомцем, а наблюдательным партнером, помогавшим осмысливать поведение и мышление. Возможно, именно такая способность — видеть закономерности там, где другие видят хаос, — и отличала Кнорозова от остальных.
Эрик Томпсон считал письмо майя чисто символическим, без фонетики.
Юрий Кнорозов доказал его слоговую структуру и предложил статистический метод анализа.
Современные исследователи объединяют лингвистику, археологию и антропологию, развивая идеи Кнорозова.
1. Как Кнорозов дешифровал письмо майя, не выезжая за границу?
Он использовал копии древних кодексов и метод позиционной статистики, выявляя повторяющиеся комбинации символов.
2. Почему долго не признавали его открытие?
Западные учёные считали, что язык майя невозможно расшифровать, и не принимали альтернативные гипотезы.
3. В чём заключалась суть его теории коммуникации?
В том, что любой язык — это система сигналов, объединяющая передающего и получающего информацию.
4. Почему его называли «чудаком с кошкой»?
Из-за необычной привязанности к питомице Асе, которую он считал соавтором научных идей.
Сегодня имя Кнорозова занимает особое место в мировой науке. Его портрет хранится в музеях Мексики и Гватемалы, а его методики изучают студенты лингвистических факультетов по всему миру.
Юрий Валентинович доказал, что настойчивость, интуиция и любовь к науке способны преодолеть любые барьеры — даже если путь к открытию лежит через библиотеку и… внимательный взгляд кошки.