Сегодняшние школьники живут в мире, где травля не заканчивается со звонком с последнего урока. Если раньше дом и подъезд могли быть безопасной зоной, то теперь буллинг легко "пролезает" через экран телефона, мессенджеры и соцсети. Психолог, доцент МГППУ Варвара Делибалт говорит о важной разнице: травля стала практически постоянной, а ребёнку всё сложнее спрятаться и восстановиться. Для родителей это значит одно: старые стратегии "перетерпит, само пройдёт" больше не работают.
Буллинг — это не разовая ссора и не конфликт двух равных. Это целенаправленные повторяющиеся действия: унижения, издёвки, угрозы, принуждение, игнор, распространение слухов. Всегда есть перекос сил: в физической, социальной или эмоциональной сфере. Жертва не может самостоятельно остановить происходящее, даже если пытается "не реагировать" или "дать сдачи".
Раньше травля чаще происходила в школе или дворе, и ребёнок хотя бы дома мог отдохнуть от происходящего. Сейчас агрессия переехала в интернет: чаты класса, анонимные каналы, бесконечные переписки и сторис делают давление непрерывным.
"В советское время травля могла быть локализована в школе или дворе. Дом был при этом убежищем. Многие помнят знаменитый фильм Ролана Быкова "Чучело”. С развитием технологий травля переместилась в интернет и появился кибербуллинг. По сути, это та же агрессия, но в виртуальной реальности. Сегодня травля проникает в дом через экран, и убежища нет. Давление становится постоянным", — психолог, доцент кафедры юридической психологии и права факультета "Юридическая психология" Московского государственного психолого-педагогического университета (МГППУ) Варвара Делибалт.
Травля может проявляться по-разному.
Прямая агрессия: насмешки, клички, толчки, подножки, порча вещей.
Социальная изоляция: "не берём его/её в команду", бойкот, игнор в чате, исключение из общих планов.
Кибербуллинг: мемы, фейковые аккаунты, публикация личной информации, скриншоты переписок, оскорбительные комментарии.
Опасность в том, что ребёнок часто стыдится происходящего, боится "усугубить" жалобой взрослым и остаётся один на один с проблемой. Это может приводить к тревоге, депрессии, соматическим жалобам (головные боли, боли в животе), падению успеваемости и даже к мыслительным и поведенческим расстройствам.
| Параметр | Советское время | Сегодня |
| Где происходит | Школа, двор | Школа, двор, соцсети, мессенджеры, игры |
| Длительность | В основном в учебное время | Практически круглосуточно, через телефон |
| Масштаб | Ограничен классом или двором | Может подключаться "аудитория" из других школ и городов |
| Реакция взрослых | Часто "не вмешиваться", "сами разберутся" | Есть больше знаний и инструментов, но и больше скрытых форм травли |
| Возможность "укрыться" | Дом как безопасное место | Агрессия может следовать за ребёнком в комнату через экран |
Повод насторожиться: ребёнок становится замкнутым, избегает общения, не хочет идти в школу, жалуется на боли без видимой причины, резко падает успеваемость, появляются навязчивые движения (дёргает волосы, грызёт ногти), нервно реагирует на уведомления в телефоне.
Важно не допрашивать, а пригласить к разговору: спокойным голосом, в безопасной обстановке. Вопросы лучше задавать мягко: "Мне кажется, ты сильно напряжён. Может, в школе что-то происходит?" Ваша задача — не выяснить "кто виноват" сразу, а дать понять: ребёнок не один.
Самое разрушительное, что может услышать ребёнок: "сам виноват", "надо было дать сдачи", "чего ты ноешь". Гораздо эффективнее: "я вижу, что тебе тяжело, и я на твоей стороне, будем разбираться вместе".
Вместе заблокируйте агрессоров и отключите уведомления из токсичных чатов; ограничьте круг тех, кто видит личные данные и контент ребёнка; объясните, что не нужно отвечать на оскорбления.
При этом полный запрет интернета часто только усиливает чувство изоляции и не решает корень проблемы.
Скриншоты, ссылки, записи переписок и комментариев могут пригодиться при обращении к администрации школы, модераторам соцсетей или правоохранительным органам. Лучше собрать всё в одну папку и добавить краткие пояснения с датами.
Если агрессоры — одноклассники или ученики школы, важно официально донести информацию до классного руководителя, администрации, школьного психолога. Нередко требуется не только разговор, но и письменное обращение, чтобы школа была обязана реагировать.
Психолог поможет ребёнку переработать травматический опыт и вернуть чувство контроля, а вам — выстроить линию поведения, которая действительно поддержит, а не усугубит ситуацию.
Ошибка: "не обращай внимания, это ерунда, все через это проходят".
Последствие: ребёнок остаётся один с болью, появляется чувство, что его не слышат и не верят.
Альтернатива: признать серьёзность ситуации и обсудить, что можно сделать вместе.
Ошибка: сразу запрещать смартфон и интернет.
Последствие: усиление изоляции, потеря контакта с одноклассниками, скрытность.
Альтернатива: вместе настроить приватность, блокировку, оставить ребёнку управляемый доступ к онлайн-среде.
Ошибка: устраивать публичный скандал с детьми-агрессорами при ребёнке.
Последствие: усиление травли, ощущение стыда и страха у жертвы.
Альтернатива: решать через школу, родителей агрессоров, официальные обращения, не превращая всё в шоу.
Ошибка: игнорировать собственное состояние ("я справлюсь сам/сама").
Последствие: выгорание родителя, срывы на ребёнка, ощущение безнадёжности.
Альтернатива: подключить психолога, родственников, друзей, чтобы не нести всё в одиночку.
Иногда нет прямых оскорблений, но ребёнка систематически не зовут на общие мероприятия, не включают в переписки, делают вид, что он не существует. Такая скрытая травля не менее болезненна. Важно:
| Стратегия | Плюсы | Минусы |
| "Не вмешиваться, они сами разберутся" | Не конфликтуете со школой | Высокий риск усугубления травли и одиночества ребёнка |
| Жёсткий запрет интернета и телефона | Временно меньше контакта с агрессорами | Усиление изоляции, потеря доверия |
| Спокойное вмешательство + работа со школой | Поддержка ребёнка, системная реакция | Требуется время, терпение и настойчивость |
| Только "война" со всеми (учителями, родителями) | Чувство действия здесь и сейчас | Сопротивление системы, риск, что ребёнок станет "тем, из-за кого проблемы" |
Конфликт — разовый и между равными: обе стороны могут высказать позицию, отойти, договориться. Буллинг — повторяющийся, направленный в одну сторону, с явным перекосом сил и ощущением беспомощности у жертвы.
Если агрессоры — одноклассники или ученики школы, да. Школа несёт ответственность за безопасную образовательную среду и обязана реагировать. Важно делать это спокойно, но настойчиво, фиксируя обращения.
Если есть угрозы жизни и здоровью, шантаж, распространение интимных материалов, призывы к самоповреждению, физическое насилие. В таких случаях доказательства (скриншоты, переписка, показания свидетелей) особенно важны.
Миф: "буллинг закаляет характер".
Правда: систематическая травля разрушает самооценку, доверие к миру и взрослым, повышает риск тревожных и депрессивных расстройств.
Миф: "если вмешаться, только сделаешь хуже".
Правда: грамотное вмешательство, при поддержке школы и специалистов, часто останавливает травлю и даёт ребёнку опыт того, что его защищают.
Миф: "кибербуллинг — не всерьёз, это просто интернет".
Правда: для ребёнка виртуальное пространство так же реально, как офлайн. Оскорбления в сети могут ранить не меньше, чем слова в коридоре.
Буллинг редко ограничивается только временем в школе. Ребёнок может долго не засыпать, прокручивая в голове обидные сцены, вздрагивать от звука уведомлений, просыпаться с тревогой и болями в животе. Родители тоже живут "на нервах": постоянное ожидание звонка из школы, страх, чувство вины, бессилие.
Важно:
Буллинг чаще всего начинается не с открытой агрессии, а с шуток и "подколов", которые долго не воспринимаются всерьёз ни детьми, ни взрослыми.
Нередко роль агрессора играет не один "главный", а группа: кто-то инициирует травлю, а кто-то просто поддерживает лайками, смехом или молчаливым согласием.
Наличие хотя бы одного взрослого и одного друга, которым ребёнок доверяет, значительно снижает риск тяжёлых последствий буллинга для психики.
Фильм "Чучело" показал, как травля может захватывать целый класс и ломать ребёнка, хотя происходило это задолго до смартфонов. Тогда дом и семья могли быть крепостью, где можно спрятаться от одноклассников.
С появлением мобильных телефонов, соцсетей и мессенджеров травля получила новый масштаб. Оскорбления и слухи теперь распространяются мгновенно, а "зал зрителей" расширился до сотен людей. Вместе с этим выросла и ответственность взрослых: учителей, психологов, родителей.
Сегодня задача не просто "переименовать" травлю в модное слово "буллинг", а научиться вовремя её замечать, реагировать и учить детей безопасному поведению в онлайне и офлайне.